Алена Смирнова - И передай привет полковнику

На нашем литературном портале можно бесплатно читать книгу Алена Смирнова - И передай привет полковнику, Алена Смирнова . Жанр: Иронический детектив. Онлайн библиотека дает возможность прочитать весь текст и даже без регистрации и СМС подтверждения на нашем литературном портале fplib.ru.
Алена Смирнова - И передай привет полковнику
Название: И передай привет полковнику
Издательство: -
ISBN: -
Год: -
Дата добавления: 6 февраль 2019
Количество просмотров: 51
Читать онлайн

И передай привет полковнику читать книгу онлайн

И передай привет полковнику - читать бесплатно онлайн , автор Алена Смирнова

Алена Смирнова

И передай привет полковнику

Глава 1

— Вы переморите голодом последних интеллигентов, отвергающих мздоимство и воровство. Средний класс ваш составят неудачники от большого бизнеса, не способные талантливо и по крупному обогатиться, морально изможденные, завистливые, беспринципные и некультурные людишки, — бушевал владелец процветающего рекламного агентства, мой университетский сокурсник.

— Вот и займись частной благотворительностью. Осточертело слышать отовсюду: «Вы такие, вы сякие…» На себя посмотрите, радетели. Купил бы «Оку» вместо «мерса» да на разницу в ценах взял бы на содержание какую-нибудь библиотеку, — огрызался государственный чиновник, мой одноклассник, по-весеннему двинувшийся в рост после того, как решительно обрубил побеги сентиментальности, мешавшие формированию кроны его чиновного имиджа.

— Слушай, с меня такие налоги лупят, что я вправе спросить, куда утекают мои денежки. Увольте от необходимости оплачивать еще и ваше комфортное существование, и я с удовольствием помогу библиотеке.

— Знаем мы, с какой части доходов вы налоги платите, а какую скрываете…

Оба они порознь явились ко мне около часа назад справиться о нашем с сынишкой житье-бытье и оставить гору деликатесов под тем предлогом, что рассчитывают на ужин. Им вечно кажется, что мы с малышом голодаем, хотя самый паршивый период моей неприкаянности уже миновал. Тьфу, тьфу, тьфу, конечно. Дружим мы давно и по-настоящему, но все равно трогает меня их забота и готовность помочь. Я водрузила на стол консервы из холодильника, бутылку водки из бара, жаркое из духовки, сымпровизировала пару легких салатов и стала ждать, кого из них раньше отзовет домой долг семьянина. Оставшийся окажется в ссоре с женой, и его придется поуговаривать уступить ухабистую тропу семейной войны более молодым, резвым и глупым мужьям. Но они так разгорячились, что вот уже пятнадцать минут за содержательным трепом не замечали моего отсутствия в комнате. С таким же успехом они могли бы пообщаться и в кабаке. Тем более, что кончат взаимными деловыми предложениями, просьбами и обещаниями. Я вошла и раздала им плащи. Они разом облачились в них, поцеловали мне одновременно обе руки и отбыли, продолжая спор на лестничной площадке.

Я махнула остатки спиртного из своей рюмки, закурила и заплакала. Могли бы уделить мне, хозяйке, хоть немного внимания. Когда мой мальчик засыпает, все дела переделаны и начинает мутить от подглядывания за чужой жизнью сквозь замочную скважину телеэкрана, становится одиноко и тоскливо. Чувствуешь, что самое время развлечься, и помнишь, что негде и не с кем. Так что гости в печальные поздние часы вечера кстати. Но сегодня ребята слишком рьяно занимались собой. Ну и пусть катятся. Я долго реветь не намерена. Вот досмолю сигарету… Я, между прочим, уже неделю влюблена в полковника Измайлова, который обитает этажом ниже. В прошлую пятницу Виктор Николаевич меня спас. И грош мне цена как женщине, если бы я не влюбилась в бескорыстного, симпатичного и холостого спасителя.

Я возвращалась домой из консерватории, наслушавшись органной музыки, и, смею надеяться, лицо имела одухотворенное. Спускающийся же по лестнице мне навстречу мужчина имел прямо-таки рожу — тупую и пьяную. Видимо, он был из тех, кто верит в единство противоположностей. Иначе зачем ему было неожиданно хватать меня за руку и задавать ревнивый вопрос: «Чему это ты радуешься?» Благостные впечатления переполняли меня, но не делиться же ими с хамом. Я попыталась вырваться, однако он был силен. Впрочем, я тоже не слаба… голосовыми связками. Чем больнее он делал моему запястью, тем громче я требовала свободы. Тут распахнулась дверь, и возник сосед, которого наши со-подъездники именуют просто: «Мент». Одет он был скудно: босой, без рубашки и майки, в потертых джинсах. Густые черные волосы с этакой артистически-благородной проседью были мокры и явно причесаны пятерней. Наверное, он вылез из-под душа, заслышав мои яростные стенания.

— Проблемы, соседка? — спросил он меня, не удостоив взглядом хулигана.

— Не пускает, сволочь, — пожаловалась я.

— Запрись с той стороны, пока не убил, — довольно спокойно велел Измайлову обиженный игнорированием собственной персоны амбал. — Я со своей бабой разбираюсь.

— Я его впервые вижу, — возмутилась я.

— Да уж, не пара он тебе, — согласился Измайлов.

Я почему-то подумала, что сейчас он эффектно представится стражем порядка, потребует у мучителя документы, арестует его, что ли, заставит писать меня какое-нибудь заявление… В общем, не избежать мне тягомотных деталей случайного и невольного соприкосновения с законом. Сосед молча шагнул к нам. Мужик сразу перестал терзать меня и, похоже, вознамерился заняться Измайловым. Не успел, бедняга. Измайлов был гораздо ниже его ростом, но ударил всего раз. И здоровый детинушка рухнул на пол, как в кино. Пожалуй, только грохота и хруста было побольше. И смотреть на неуклюже распростершуюся у ног тушу оказалось противнее.

— Тебя проводить? — спросил сосед.

— Нет, что вы, — опасливо отказалась я. — Спасибо вам огромное.

Мне не нравится, когда со мной на «ты» чужие люди разговаривают. Но разница в возрасте лет в двадцать, наверное, позволяла Измайлову так ко мне обращаться. И еще ему шла некоторая фамильярность как защитнику угнетенных обстоятельствами — вроде меня.

— Ступай домой, — велел он, ничуть почему-то не удивляясь моей заторможенности.

Слово «ступай» меня немного рассмешило, и я покорно повернулась к спасителю спиной. Но через несколько ступенек оглянулась.

— А что будет с телом?

— А тело вскоре очухается и само выползет на свежий воздух, — беспечно хохотнул Измайлов.

Мой рот непроизвольно расползся в улыбке:

— Спасибо еще раз. Могу я в знак благодарности угостить вас кофе?

— Можешь, — странно бодрым тоном уверил сосед. А потом медленно, почти по слогам довел до моего сведения: — Но уже одиннадцать ночи. Разумнее будет лечь в постель и как следует отдохнуть.

«А как именно следует?..»

Я очень хотела задать ему этот вопрос, но решила промолчать. Потому что ноги вдруг начали дрожать, как бывает от страха или слабости, во рту обосновался вкус всех до единой выкуренных мной сигарет, и нудноватый шум привязанного к морю прибоя стал доноситься все отчетливей.

— Отдыхать, девочка, отдыхать, — приговаривал Измайлов, уже беря меня за локоть и намереваясь транспортировать наверх.

— Я сама, — почти крикнула я.

А утром я проснулась влюбленной и навязчиво мечтающей напоить своего рыцаря кофе во что бы то ни стало.

Я мыла посуду, позабыв о друзьях, и уныло размышляла: «Прошло семь дней, а я Измайлова даже не видела. Какой, к черту, кофе, хоть бы поздороваться, словом перемолвиться. Что за работа у человека: совсем дома не бывает. Ну должна же я его поблагодарить, объяснить, что тогда вовсе не струсила, а просто устала, как собака устала. Что я сильная, самостоятельная, веселая и никакой озверевшей пьяни не дано поколебать твердь моего оптимизма». Заснула я в мистическую обнимку с уверенностью, что уж в предстоящие-то выходные точно застану и достану его. И невдомек мне было, что в эти самые минуты полковник Измайлов кувырком летел с какого-то чердака, что на рассвете его привезут из травмпункта с загипсованной ногой и что мы вволю с ним еще наговоримся.

Глава 2

Эта двухкомнатная квартира досталась мне от тетушки с дядюшкой, когда они переселились в лучший из миров. Году эдак в семьдесят девятом было принято прописывать к себе родственников, чтобы получить после тридцати лет беспорочной службы жилье попросторнее. Вот меня и ухитрились как-то документально пристроить в их бездетную семью. После переезда я несколько месяцев даже пожила у них, чтобы люди видели: все чисто, двухкомнатная на троих, как бутылка, и должность дяди тут совершенно ни при чем. Я не понимала смысла своего пребывания на их новехонькой, еще чуть пахнущей обойным клеем жилплощади, скучала по родителям, и мама по телефону ласково, но упорно раздражала во мне лучшее: «Дочь, надо помочь родне, они без тебя не обойдутся. Благородное дело делаешь». Ничем, кроме зубрежки и обжорства, я там не занималась. Тем приятнее было слышать высокую оценку моих стараний. О том, что когда-нибудь я буду благодарить их за эту авантюру, мама тоже проговаривалась, однако на меня это впечатления не производило. И лишь теперь, после изматывающего развода, я поняла значение собственной норы для существа, неудачно поцапавшегося с представителем своего биологического вида.

Особенно дядя и тетя боялись некоей Анны Ивановны, профессиональной общественницы, потомственной пролетарки, входившей во все ревизионные комиссии райкома в качестве лицемерно-нематерного гласа народа. Она сразу ощутила себя хозяйкой подъезда, устраивала муторные собрания жильцов, приглашала на них участкового милиционера и требовала разобраться с начальничками, проживающими на верхних этажах. Потому что одного, пьяного, шофер каждый вечер носил в квартиру; а за другим, трезвым, водитель таскал тушенку, сгущенку и чешское пиво ящиками. Пока участковый, хищно скалясь, брал на заметку руководящих везунчиков, а сдуру явившаяся на сбор теща одного из них пыталась упасть в обморок, я и выступила:

Комментариев (0)