Жан-Кристиан Птифис - Железная маска: между историей и легендой

На нашем литературном портале можно бесплатно читать книгу Жан-Кристиан Птифис - Железная маска: между историей и легендой, Жан-Кристиан Птифис . Жанр: Иронический детектив. Онлайн библиотека дает возможность прочитать весь текст и даже без регистрации и СМС подтверждения на нашем литературном портале fplib.ru.
Жан-Кристиан Птифис - Железная маска: между историей и легендой
Название: Железная маска: между историей и легендой
Издательство: -
ISBN: -
Год: -
Дата добавления: 7 февраль 2019
Количество просмотров: 144
Читать онлайн

Железная маска: между историей и легендой читать книгу онлайн

Железная маска: между историей и легендой - читать бесплатно онлайн , автор Жан-Кристиан Птифис
1 ... 3 4 5 6 7 ... 79 ВПЕРЕД

Таковы начальные сведения, которые можно извлечь из документа. Бастилия, как известно, представляла собой массивную средневековую крепость, возведение которой началось в 1370 году в правление Карла V и которая давно уже утратила свое стратегическое значение. Ее восемь круглых зубчатых башен, закопченных до черноты, соединенных друг с другом дозорным маршрутом и окруженных грязным рвом, придавали ей грозный вид. Невозможно было говорить о ней без содрогания. По ту сторону подъемного моста, внутри этой мрачной каменной могилы, все было полно тайн, о которых не полагалось говорить вслух. Любопытных даже близко к ней не подпускали. Относительная безопасность, которую обеспечивало это сооружение, послужила причиной превращения его в тюрьму и склад боеприпасов — именно это последнее обстоятельство, как говорят, особенно заинтересовало восставших 14 июля 1789 года, отправившихся на поиски пороха после того, как они завладели ружьями в Доме инвалидов.

При Людовике XIII и в правление Анны Австрийской Бастилия еще сохраняла свой характер «королевского замка». Правда, изредка в нее попадали оборванцы и прочие простолюдины, обвиненные в разного рода преступлениях — алхимии, колдовстве, демонологии, однако они составляли незначительное меньшинство. Главным образом сюда препровождали важных особ — дерзких сеньоров, недобросовестных финансистов или разнузданных придворных, несдержанных на язык или позволявших себе играть в кости или карты прямо при дворе. Не существовало ни запоров на дверях, ни решеток на окнах. Под управлением же де Бемо и его преемника Сен-Мара Бастилия все больше превращалась в настоящую тюрьму, в которую сажали арестантов самого разного сорта, начиная с простых уличных хулиганов, схваченных ночной стражей, и кончая знатными господами и расточительными сыновьями богатых родителей — не минуя также упорствующих гугенотов и патентованных отравителей. В башнях на многих этажах были устроены карцеры и хорошо охраняемые камеры. Кстати, одна из этих башен словно в насмешку называлась башней Свободы!{3}


Сразу же по прибытии человека в маске поместили, дабы не привлекать к нему внимание, в башню де ла Базиньер, первую слева от подъемного моста{4}. Первая камера на первом этаже обычно служила для временного пребывания, от нескольких часов до нескольких дней. В 9 часов вечера Дю Жюнка и сержант Розарж забрали оттуда арестованного и, проведя по темной лестнице, поместили его на третьем этаже расположенной по соседству башни де ла Бертодьер{5}.

Эта камера с двойными, обитыми железом, запирающимися на четыре ключа дверями имела форму восьмигранника высотой четыре метра и площадью четыре на шесть с половиной метров, с выложенным кирпичами полом и беленным известью потолком. Она имела достаточно большое зарешеченное окно, расположенное на высоте десяти футов от пола, к которому можно было подняться по трем небольшим ступенькам; в камере имелся камин с вытяжным колпаком, а в толще стены была устроена ниша, служившая для «уединения». Как и в прочих камерах, стены, вероятно, были довольно грязными и покрыты надписями.

Третья камера башни де ла Бертодьер, в которую поместили человека в маске, считалась «светлым карцером», в отличие от настоящего карцера, расположенного внизу, на высоте крепостного рва, где заключенные томились прикованными цепями к грязному полу в окружении крыс, по ночам кусавших их за лицо. Эта камера имела настоящее окно, а не бойницу, и считалась в Бастилии одной из наименее вредных для пребывания. И все же она была отнюдь не дворцом! Мебель, которую поставил туда Дю Жюнка, видимо, не слишком отличалась от обстановки в прочих камерах: небольшой складной стол, плетеный стул, кровать с пологом из полупарчи, набитый шерстью матрац, одно или два одеяла, пара простыней и два полотенца. Быть может, обстановка дополнялась одним или парой кресел, обитых лощенкой. Прочий инвентарь был столь же непритязателен: вилка, ложка, солонка, кувшин для воды, стакан, подсвечник, ночной горшок из фаянса и четыре большие свечи, запас которых периодически восполнялся. Камеры в то время обычно не меблировались. Лишь в 1709 году король создал специальный фонд для постоянной меблировки пяти или шести камер, предназначенных для важных персон.

Жизнь в Бастилии была монотонной, ее ритм задавался грохотом открывавшихся и закрывавшихся запоров. Снаружи, за грязным крепостным рвом, по деревянной галерее с парапетом регулярно проходили стражники, громогласно выкрикивавшие слова команд. По ночам каждую четверть часа караульный бил в колокол, не давая всем имеющим слух сомкнуть глаз. По случаю всенародных праздников и побед, когда устраивались шествия с несением Святых Даров, с башен палили пушки, от адского грохота которых сотрясались толстые крепостные стены. Единственным утешением для обитателей Бастилии служило то, что питание было разнообразным, зачастую даже превосходным — исключение составляли только сидевшие в карцере да те несчастные, на содержание которых король выделял слишком скудные средства.


К свидетельству Дю Жюнка следует добавить сообщение де Дюбюиссона, сидевшего в Бастилии с 14 декабря 1703 года до 18 сентября 1715 года, которое приводит Ла Гранж-Шансель в «Литературном ежегоднике» за 1768 год. Заключенного в маске уже не было в живых, однако Дюбюиссон сидел с теми, кто в свое время контактировал с ним. Об одном из таких людей он рассказывает: «Я знал, что он с несколькими другими заключенными находился в камере, расположенной над той, которую занимал этот незнакомец, и что через каминную трубу можно было беседовать, обмениваясь сообщениями; на их вопрос, почему он не хочет назвать свое имя и рассказать о себе, тот ответил им, что подобного рода признание стоило бы ему жизни, равно как и тем, кому он открыл бы свой секрет».[10]

Где находилась эта камера? Трудно сказать, поскольку, вопреки утвердившейся традиции, человек в железной маске недолго оставался в третьей камере башни де ла Бертодьер. Согласно реестру Дю Жюнка, с 21 ноября 1699 года ее занимал протестант Фалэзо де ла Ронда.[11] В марте 1701 года там находилась «колдунья» Анна Рандом или Рандон, подозреваемая в темных делишках и все время остававшаяся в одиночном заключении и под неусыпным надзором. 4 декабря 1701 года ее сменила мадемуазель Мари Сальбержде Рувар, по прозванию Лемэр де Мэнвиль, родившаяся в Нормандии, также посаженная за колдовство; вскоре к ней присоединилась давняя узница, ла Робер.[12] 9 февраля 1702 года их сменил Луи Дюплесси, бывший слуга графа де Вермандуа, обвиненный в шпионаже и освобожденный 29 июля того же года.[13] Затем, с 22 ноября, здесь находился шотландский купец Александр Стивенсон, подозреваемый в переправке золотых французских монет в Англию. Он был освобожден 17 июля 1703 года[14].

Человек в маске не занимал и вторую камеру башни де ла Бертодьер, поскольку там находились «под надежной охраной» двое повес, Тирмон и Рикарвиль, а затем писатель Константен де Ранвиль. Проведенные исследования не позволили установить, куда был переведен человек в маске. В то время тюрьма была полна заключенных. В январе 1703 года в сорока двух ее камерах находились сто заключенных (против пятнадцати в 1698 году). Смена обитателей камер происходила часто, что не всегда фиксировалось Дю Жюнка. Однако было бы логично предположить, что, несмотря на переполненность тюрьмы, мсье де Сен-Мар всегда старался изолировать заключенного, «имя которого не произносилось». Вполне возможно, что спустя некоторое время, видя, что в камерах отсутствует звукоизоляция, он решил держать этого узника возле себя, в квартире, которую занимал за пределами крепости. Там у него была небольшая комната, уже служившая камерой заключения во времена его предшественника. В 1693 году Дю Жюнка отмечал, что некоего заключенного-англичанина поместили «в маленькой комнате за пределами замка, в которой мсье де Бемо держал свою библиотеку». Внутри крепости человек в маске появлялся только по воскресеньям, чтобы пойти на мессу. Часовня располагалась на первом этаже между башней де ла Бертодьер и башней Свободы. Помещение было тесное, и заключенных отделяла только драпировка. Во времена, когда начальником крепости являлся де Бернавиль, были устроены четыре индивидуальные ниши, закрытые со стороны алтаря двойной занавеской. Понятно, что количество заключенных, имевших возможность присутствовать на воскресном богослужении, было ограниченно. Это считалось особой милостью, исключительным благоволением.

Спустя пять лет после прибытия в Бастилию, 19 ноября 1703 года, человек в маске умер, сраженный внезапной болезнью. Во втором реестре, в котором регистрировались случаи смерти и освобождения заключенных, Дю Жюнка записал:

1 ... 3 4 5 6 7 ... 79 ВПЕРЕД
Комментариев (0)
×