Вероника Иванова - Звенья одной цепи

На нашем литературном портале можно бесплатно читать книгу Вероника Иванова - Звенья одной цепи, Вероника Иванова . Жанр: Фэнтези. Онлайн библиотека дает возможность прочитать весь текст и даже без регистрации и СМС подтверждения на нашем литературном портале fplib.ru.
Вероника Иванова - Звенья одной цепи
Название: Звенья одной цепи
Издательство: АЛЬФА-КНИГА
ISBN: 978-5-9922-0615-9
Год: 2010
Дата добавления: 21 август 2018
Количество просмотров: 50
Читать онлайн

Звенья одной цепи читать книгу онлайн

Звенья одной цепи - читать бесплатно онлайн , автор Вероника Иванова
sf_fantasy Вероника Иванова Звенья одной цепи

Человеку всегда чего-то не хватает. Хочется приключений, когда наскучивает размеренный быт. Хочется власти, когда невмоготу становится выполнять чужие приказы. Хочется славы, когда опостылевает собственноручно избранный жизненный путь… Сколько подобных и куда более простых желаний ежеминутно рождаются и умирают, так и не находя воплощения? Не сосчитаешь. А в конце концов остаётся всего одно. Самое страстное. Самое глубокое. Самое выстраданное. Самое… неосуществимое?

Добро пожаловать в мир, где каждому хоть раз в жизни выпадает шанс исполнить своё заветное желание! Если в Ночь синих звёзд повезёт встретить демона.

Или не повезёт — это уж как посмотреть.

2010 ru миррима FictionBook Editor 2.4, AlReader2 05 July 2010 20B101F4-685C-4A95-B8DE-26D3B8945B17 1.1

1.1 — сравнение с оригиналом (до пятого звена — текст был взят из черновика), вычитка, добавление буквы ё, замена обложки by Forcosigan, иллюстрации by Tanja45

Звенья одной цепи АЛЬФА-КНИГА Москва 2010 978-5-9922-0615-9 Иванова В. Е. Звенья одной цепи: Фантастический роман / Рис. на переплёте О. Бабкина — 442 с.: ил. — (Магия фэнтези) Формат 84х108/32 Тираж 16 500 экз.

Вероника Иванова

Звенья одной цепи

Тебя учили быть плечом.
Тем самым, преданно-надёжным.
Тебя учили быть мечом,
До срока прячущимся в ножнах.

Тебя учили быть спиной,
Подставленной под все удары.
Тебя учили быть виной,
Самоотверженно и даром.

Тебя учили быть щитом
Попутчиков, с любого бока,
Но не учили жить потом,
По истечении всех сроков.

Тебя учили быть вдвоём,
Но ловко и невинно лгали
О том, что прячет окоём
Законов, уложений, правил,

Дрожащий где-то впереди,
И узнавать придётся с боем,
Что перед миром ты — один,
А мир един перед тобою.




Звено первое

Где-то…

Он приближается.

Ещё месяц назад казалось, что время еле дышит, еле ползёт, словно предчувствуя перемены и благоразумно страшась их, а сейчас, в самый канун, то ли ополоумело, то ли в отчаянии махнуло рукой и понеслось вскачь. Хотя, есть ли у времени руки?

Есть. Лапы, когти, тиски, объятия которых крепче дружеских и неистовее любовных. Мы не можем выбраться из них. Всё, что нам остаётся, это, обманываясь призраком свободной воли, настойчиво убеждать себя: в любой миг, сегодня утром или завтра вечером, когда душа устанет корчиться в бесконечной агонии, нужно будет только потянуть посильнее за нить жизни и…

Приятно верить в несуществующее, ведь оно никогда не случится, не покажется на глаза, не ухмыльнётся редкозубым ртом, круша хрустальный замок фантазии. В неминуемую реальность не верит никто. Напрасно? Нет. Чем выше и толще строишь заборы, отгораживающие тебя от напастей, способных произойти, от напастей знакомых и привычных, тем дольше проживёшь безмятежно. А если повезёт, и помрёшь в заслуженной тяжким трудом благости духа и тела.

Вот только от Него не укрыться за стенами и решётками.

Он всё ближе и ближе.

Сев.

Это всегда случается ночью. Кажется, звёзды покидают небосвод, чтобы припасть к земле в страстной попытке обрести невозможное, но желанное. И обретают. Не все, благодарение Божу и Боженке, не все. Но даже одного-единственного проросшего Семени бывает достаточно, чтобы вздёрнуть сонный мир на дыбы. Каков будет нынешний раз? Я ничего не знаю о прошлом Севе, да и не мог узнать, потому что ещё не встретил тогда своего наставника и не попал в ученичество, но уж сейчас не упущу ни единого мгновения. Ни одного да-йина. Иначе зачем столько всего было потрачено и приобретено?

Он уже почти на пороге.

Не моём, правда: меня-то Сев пугливо обойдёт стороной, но в мире слишком много дверей, ожидающих тихого стука. И они откроются, можно быть уверенным. Откроются, проложив тысячи путей от добра ко злу и обратно. Придётся ли мне пройти каждым из них? Возможно. Ну и пусть. Всего-то и нужно, что справить пару лишних сапог и посох покрепче.

Он нетерпелив в своём предвкушении, но и я тоже. Наши силы равны, однако исход войны неизвестен заранее никому из нас, потому что мы всего лишь полководцы, а поле боя всегда остаётся за солдатами…


Здесь…

Прежде чем в последний раз прильнуть к ворсистому бумажному листу, кончик гусиного пера тщательно потёрся о бронзовые завитки крышки, предназначенные как раз для избавления письменного прибора от чёрных прилипчивых комочков, и только потом окунулся в тёмные глубины чернильницы. Ноллон со-Логарен задержал дыхание, как делал всякий раз, заканчивая работу, и медленно вывел под ровными линиями то цепляющихся друг за друга, то разрывающих объятия букв: «Писано в двенадцатый день весны года 735 от обретения Логаренского Дарствия».

Ноллон со-Логарен служил городским писарем и честно трудился с утра до ночи, за скромную плату составляя горожанам письма, по большей части управные и распорядительные, однако ничуть не реже встречались послания одного любящего сердца другому. Пожалуй, лишь за возможность прикоснуться к хрупким чувствам других людей Ноллон и прощал своей службе унылую незавидность. Впрочем, воспитанник дарственного приюта даже в самых смелых мечтах не помышлял о большем, чем уже достигнутое.

Преждевременно осиротевшее дитя, брошенное гулящей девицей на стороннее попечение, а может быть, жертва междоусобиц, время от времени вспыхивающих костерками то здесь, то там, хотя не дай тебе Бож вслух усомниться в шаткости мира, наполняющего пределы благословенного Дарствия! Ни роду, ни племени, одно только короткое со-Логарен, удостоверяющее, что человек признан подданным его милости Дарохранителя. Но и такую подачку тоже нужно было заслужить, ведь Дарствию необходимы не одни лишь вольные жители.

Дарохранитель. Не посланник иных сил, а человек, принявший на себя заботу о тысячах миль и тысячах душ. Человек, чьё смирение настолько велико, что даже имя, данное при рождении, отставляется в сторону и ждёт часа, когда будет торжественным прощанием высечено на надгробной плите. Хотя как можно по доброй воле отказаться от драгоценности наследственного имени? Этого Ноллон не понимал. Единственное, чем он мог себе объяснить столь беспечное поведение управителя Дарствия, — древний и славный род, обросший столькими добавлениями к изначальному имени, что нести их груз труднее, чем решиться сбросить с плеч. Правда, поговаривали, будто никакого Дарохранителя и не существует вовсе, а есть несколько ненасытных знатных дворян, правящих страной под маской красивой легенды. Однако писарь, повидавший на своём веку многих пытливых и неугомонных искателей правды, хорошо запомнил, чем обычно заканчивались их поиски. И добро бы прилюдным наказанием или обличением, так нет. Молчание и забвение провожали в последний путь любого, вознамерившегося проникнуть в государственные тайны. Забвение на все последующие времена.

Комментариев (0)