Алексей Варзаев - Герой. Начало времен (СИ)

На нашем литературном портале можно бесплатно читать книгу Алексей Варзаев - Герой. Начало времен (СИ), Алексей Варзаев . Жанр: Фэнтези. Онлайн библиотека дает возможность прочитать весь текст и даже без регистрации и СМС подтверждения на нашем литературном портале fplib.ru.
Алексей Варзаев - Герой. Начало времен (СИ)
Название: Герой. Начало времен (СИ)
Издательство: СИ
ISBN: нет данных
Год: 2016
Дата добавления: 16 август 2018
Количество просмотров: 96
Читать онлайн

Герой. Начало времен (СИ) читать книгу онлайн

Герой. Начало времен (СИ) - читать бесплатно онлайн , автор Алексей Варзаев

Прибыл этот господин с одной лишь целью, уладить небольшую возникшую формальность, а именно — рождение их сына, Мидия, которого, по традиции, должны были показать сильнейшему умельцу или как это называли по новомодному — магу. Эта, странная на первый взгляд процедура, уходила корнями в дремучую старину, когда Первые, в чьих венах бурлила необузданная энергия, пришли на эту землю и обучили людей основным Умениям — зажигать рукотворное солнце, повелевать ветром, создавать воду и передвигать горы, было и пятое, но, к сожалению, даже упоминание о нем было утеряно и кануло в веках. Именно тогда, в первые сутки от рождения, младенца посещали великие и вкладывали крупицу своей мощи в маленькое тельце.

В настоящую эпоху, некоторые горячие головы, всерьез продвигают идею, что благословение учителем, перестало быть настолько важным, ведь Умения или «М-а-г-и-я» (какое вульгарное слово!) течет в жилах от момента первого вздоха новой жизни, другие же, не менее горячие, но более рассудительные, настаивали о том, что учитель «открывает» ребенку дорогу в магический мир, и без этого таинства не возможен дальнейший путь развития Умений. В итоге, самые мудрые и благоразумные решили оставить все без изменений, утихомирив особо говорливых умельцев.

А сейчас, в этот самый момент, изрядно уставший учитель входил в гостеприимно распахнутые настежь двери жилища. Навстречу ему шагнул счастливый отец, красивый мужчина с правильными чертами лица и ослепительно белой измученной улыбкой.

— А! уважаемый господин Помпус проходите, проходите! Фелиция с сыном в спальне. О! Слышите, проснулся! Наверно вас учуял! — Ксандер перестал трясти руку совсем обессилевшего учителя и подтолкнул его к следующей двери, ведущей в воистину белую комнату. Все блестело и сверкало чистотой и стерильностью, и не удивительно, господин Спесс был деревенским врачевателем, не блистательным, но и не бездарным, правда излишне трудолюбивым, бывало, и залечить мог, как, например, старую госпожу Алифо, проходившую обычный медосмотр, после которого оказавшись без двух зубов (Уважаемая! Это уже никуда не годится! Все корни наружу), и с самой настоящей шиной на лодыжке (Нет моя дорогая! Это, как раз-таки, перелом!).

На большой кровати лежала миловидная женщина, бережно прижимая к себе небольшой, громко кричащий сверток, из которого то и дело показывалась пухлое личико карапуза, издававшего пронзительные звуки.

— Господин учитель, может сын уже обладает умением громогласа? Признайтесь, он замечательный! — Ксандер никак не успокаивался, его вид говорил, еще чуть, и новоявленный отец пустится в нескончаемый пляс. Но уважаемый учитель, лишь кивнул господину врачевателю, и быстрее подошел к младенцу, желая поскорее избавить свои барабанные перепонки от надоедливого шума. Согласно обряда проводивший должен был прикоснуться к ладони ребенка и произнести: «От отца к сыну, от старшего к младшему, от мудрого к жаждущему, пусть возгорится твоя Искра и заполнит вместилище Твоей души, Энергией этого мира», в самый сакральный момент учитель обязан почувствовать легкое покалывание во всем теле — это бы означало, что искра зажглась и работа выполнена, наступало время благодарностей и подарков, но не в этот раз. Сейчас закончив последние слова Помпус собирался уже убрать руку, как понял, что что-то не так — нет покалывания, будто наверху забыли зажечь фитилек. Свеча есть, пламени нет.

Супруги Спесс не могли понять, отчего школьный учитель не отпускает руку малыша, а выражение его лица постепенно меняется из приторно сладкого, в подобие половинки выжатого лимона. Вслед за выражением, лицо спешно покинул и привычный румянец, сменившийся мертвенной бледностью. Уважаемый учитель ощутил в прошедшие краткие мгновения, показавшиеся бесконечной пыткой, что значит окунуться одновременно в кипяток и в прорубь, а затем быстро увянуть, как первый весенний цветок торопыга — раскрывшийся навстречу стремительному и коварному ветру, не стряхнувшего с себя последние морозы.

Ксандер, почуявший неладное, вовремя подхватил мешковатое обессиленное тело Помпуса и усадил его на прикроватное кресло, по пути зацепив вазу с небольшого столика собранного из отполированной кости буйвола горных краев. Ваза, разбившись с пронзительным дребезгом, щедро окатила пол мелкими блестящими осколками, давая повод малышу снова заняться любимым делом, а именно выражать свое мнение в нескончаемом крике.

И в этой истошно гомонившей суматохе, ввести в нормальное русло ситуацию удалось госпоже Спесс, которая тихонько пощекотала маленького, и он, о чудо! замолчал, и сделать легкий жест рукой в сторону мужа, который посмотрев на любимую жену, тут же перестал суетиться вокруг учителя, хлопнул себя по лбу, сходил за стаканом воды приведшей размякшего Помпуса в чувство. И стоит отметить, Фелиция, не применила ни грамма Умения, она отличалась от всех других жителей деревни, величайшей силой воли, как говорили некоторые за спиной у четы Спесс, в этом доме, балом правит женщина.

— Господин Помпус, что же вы!? Извольте присесть, вот сюда, осторожней! — Ксандер засуетился вокруг полуживого учителя, смахивавшего сейчас на восковую куклу, подставил под его (да простит меня господин Помпус!) чрезмерное седалище небольшой табурет, жалобно скрипнувший, когда это мощное тело крайне немужественно шмякнулось на него. Этот момент чрезвычайно развеселил карапуза, прекратившего свою кратковременную передышку и залившегося звонким смехом. Госпожа Спесс улыбнулась малышу так, как это может сделать только мать. Ее улыбка не была лучезарной и ослепительной, нет, совсем наоборот, она сквозила заботой и сердечной теплотой. Материнская улыбка — крепче всех бастионов, но и мягче пуховых облаков, несущихся по небосклону; светлее золотистых лучей солнца, озаряющих зеленый летний луг, но и умиротворённой ночной тишины дарующей страждущему отдых и душевный покой; ласковей весеннего ветерка, но и ободряющее утренней росы. Эта улыбка растапливает льды, заполняя всё безграничным океаном любви. Конечно же, наш Мидий не мог, пока так подумать, но в его глазах сейчас читалось намного больше, нежели подвластно перу. В их маленьком мире не было дел, до каких-то сует или, например, этого странного учителя, недобро косящегося на мать и дитя.

— Что ж, я, наверное, пойду, проводите же меня, — быстрее собираясь, не отведав положенных угощений, что было вдвойне странно, зная, это единственное, что по-настоящему поднимало настроение господину Помпусу, учитель, опершись на руку Ксандера, засеменил пошатываясь, к выходу.

— Но, что же вы, господин учитель? А как же кренделя? Ваши любимые, с маком и сырной корочкой? — в голосе главы семейства слышались неприкрытые нотки отчаяния.

Комментариев (0)
×