Наталья Лукьянова - ВИА «Орден Единорога»

На нашем литературном портале можно бесплатно читать книгу Наталья Лукьянова - ВИА «Орден Единорога», Наталья Лукьянова . Жанр: Юмористическая фантастика. Онлайн библиотека дает возможность прочитать весь текст и даже без регистрации и СМС подтверждения на нашем литературном портале fplib.ru.
Наталья Лукьянова - ВИА «Орден Единорога»
Название: ВИА «Орден Единорога»
Издательство: неизвестно
ISBN: нет данных
Год: неизвестен
Дата добавления: 19 декабрь 2018
Количество просмотров: 177
Читать онлайн

ВИА «Орден Единорога» читать книгу онлайн

ВИА «Орден Единорога» - читать бесплатно онлайн , автор Наталья Лукьянова

Оруженосец сэра Фрогга не был, в принципе, таким уж бичом Божьим, просто, строго говоря, он не был оруженосцем по призванию.

Амбрюзиайль уже встал и брился в серебряное зеркало, которое изогнувшись с любезностью, на какую Фрогг не мог смотреть без позывов к рвоте, держал его смазливый оруженосец. Дабы сдержать эти самые позывы, удовлетворить которые без сапог он опять-таки не смог бы, рыцарь плотнее смежил приоткрытые веки. «По крайней мере, — подумал он, — просыпаясь рано утром у костра и видя под боком моего оруженосца, не возникает желания вспомнить, откуда эта девица, и не заразился ли ты спьяну чем-нибудь».

Оруженосец же его, семнадцатилетний Рэн О' Ди Мэй, четвертый сын сквайра О' Ди Мэя, в этот самый момент был просто чудесно близок к осуществлению заветных мечтаний шефа. Выбоинка, которую нащупали его страстно шарившие по почти отвесной стене скалы пальцы, оказалась мягкой, гнилой и осыпалась на нет. Плюс ко всему запорошила глаза. Рэн тут же съехал метра на два вниз, раздирая мечтавшую ухватиться за рыжий песчаник скулу.

К счастью, в головокружении неумолимого «не за что зацепиться», за что-то он все же стопанулся, и весь мир, из рассыпавшегося было в спутанную мозаику, мгновенно собрался в нормальную картинку. Осторожно переводя дыхание и изгоняя из вестибулярного аппарата тошноту, Рэн поблагодарил Бога за то, что двадцать пять метров по-прежнему внизу, а не сверху, над его расквашенным трупом.

И, проверив надежность удерживающих его на этот раз щелок, потихоньку повел разведку нового пути наверх. Занимался Рэн этим уже четвертый день, выкраивая время в ранние утренние и поздние вечерние часы, и даже успел стать для окрестных крестьян привычным атрибутом скалы.

… Будучи уже наверху, счастливо раскинув руки и ноги в сухой траве вершины, весь в рыжем песке и царапинах, Рэн улыбался в полный рот. И ему казалось, что ставшие ближе белые облака с симпатией поглядывают на него, и не против проехаться влажным брюхом по его телу, словно губка, стирая пыль. А солнце компанией теплых котят устроилось на его ногах, плечах и животе, так что сам он только что не мурлыкал с ними, блаженно потягиваясь.

Как вы и поняли, о рыцаре своем он не думал. Он думал о щемящей душу радости медных стволов сосен; светлом беспокойстве их синих крон; о синем же, перевернутом, океане неба; о своем юном теле, в котором алая-алая кровь вскипала своим собственным загадочным морем; о неизвестном, о летучих кораблях…

Каждый раз, когда обветренное воздушными потоками сбирюза-черное тело с горой пенных парусов тяжело бороздило над его головой воздух, Рэн слышал пронзительное пение-стон где-то внутри себя. Этот стон, словно голод требовал удовлетворения, но ничто там, в замке, не приносило его.

Удовлетворение, тишину, покой всегда приносили вещи странные, необычные; поступки, которых никто вокруг не совершал. Например, вскарабкивание на тридцатиметровую рыжую скалу Шра — хи — тахра, на которую с обратной стороны вполне можно подняться по козьим тропкам даже верхом, правда основательно ободравшись и очернилившись ежевикой. Но вот он вскарабкался, с десятого, надо сказать, раза, и ему так, неописуемо, хорошо. Хотя тут, если подойти к краю, голова, просто-таки, кружится. И в этом тоже свое удовольствие…

Сердце Рэна дернулось пойманной птичкой: из-за порозовленных зарей облачных круч выплывала янтарно-желтая туча пышного такелажа. Захотелось как в детстве подхватиться, заскакать на одной ножке: «Летучка! Летучка! Возьми меня за тучку! Вокруг света прокати и обратно отпусти!»…

Но, конечно, он уже взрослый, и он лишь подскочил к краю и, весь устремившись к кораблю и приложив руку к глазам козырьком, загляделся.

Шхуна подплывала все ближе, и уже видны были белые блузы с синими воротами и цветные косынки на загорелых шеях и вольнолюбивых головах; слышен веселый, рабочий говор и свежий и крепкий запах странствий. Рэн забрался так высоко, что корабль огибал скалу фактически вровень с ним. Так близко ИХ юноша еще не видел и не слышал. Можно было крикнуть: «Возьмите с собой», но язык прилип к месту, и во рту пересохло, а сам Рэн взмок лягушонком и только жадно ощупывал взглядом расцвеченное солнцем дерево палубы, посверкивающий медью штурвал, шкиперскую бородку невозмутимого рулевого.

—…О! Кучи-кучи, мама! Я — кучи-кучи мэн!… — веселая песенка раздавалась из ухмыляющейся розовой пасти щуплого смуглого субъекта в изумрудной косынке на огненно-рыжей голове. Изгибаясь под тяжестью огромного мешка полуголым волосатым телом, он вылез из кубрика, умудряясь, однако, приветствовать жизнь и утро своей странной, но от того не менее жизнерадостной песенкой, — Перекати мое тело, мама! Я нынче кучи-кучи мэ-э-н!…

Перевалив открытую сторону мешка через борт, тип начал торопливо вываливать из него всякий хлам.

— Фунье! Кэп заставит тебя вернуться и все собрать! Помяни мое слово, Фунье, селедочная ты голова! — не оборачиваясь, предупредил рулевой.

— О, матка-бозка, Шон Кэй! Я ж нечаянно! Клянусь трясогузкой на стакселе! Вон и паренек…— тут он заговорщистски подмигнул Рэну, — …местный подберет все и сожжет. Совершит экологически полезный пионерский поступок, — Фунье заподмигивал Рэну, продолжая суетливо встряхивать мешок за углы. Рэн мало что понял про «экологический»и про «пионерский», но для небесных кормщиков он был готов на все, даже на сбор и сжигание мусора.

— Я уберу, сэр! — готовно воскликнул он, удивившись попутно тому, как хрипло прозвучал его голос.

— Клянусь желтыми шариками Полифлоя, ты — красивый и толстый парниша! — и, послав Рэну слюнявый воздушный поцелуй, Фунье скрылся в кубрике. Шон Кэй покачал с улыбкой головой и, по-прежнему не оборачиваясь, махнул Рэну на прощание бронзовой рукой. «Такая честь!»— сладко обмер паренек. Корабль скрылся за розовым сосновым бором, но ветер еще раз донес до Рэна: «Перекати мое поле, мама! О! Я — кучи-кучи мэн»!..

Оставшись один, Рэн окинул взглядом разметавшееся по краю скалы барахло и расхохотался: «Да, Рэн О' Ди Мэй, ты медленно, но верно идешь к осуществлению заветной мечты. Еще пара — тройка таких случаев, и тебя допустят мыть гальюн на самом корабле»… А вслух добавил:

— О! Я — кучи-кучи мэн!..

— Ба — ба — ба — ба! Нет. Пусть с этими летунами ООН разбирается, чтоб им пять проколов в правах! Нарушают природно-исторический баланс!.. — трава вокруг Рэна заходила ходуном, но суровые представители маленького народца, очевидно, не собирались на этот раз показываться смертному, — Этот — тоже! Стоит — ждет экологической катастрофы! Нет, чтобы до вулкана долететь или до мира, который уже и так жители в помойку превратили! Не мог сказать: мусор прочь от Шансонтильи?! Никакой активной жизненной позиции! Ну-ка, закрой глаз и загадай желание!

Рэн послушно закрыл и загадал про корабль.

— Размечтался, одноглазый! — ехидное хихиканье нескольких голосков заставило Рэна покраснеть от досады. Однако, он удержался от препирательств, не хватало только в лягушку быть превращенным в такой день.

Между тем мусор, состоящий по большей части из предметов Рэну совершенно неизвестных, с шуршанием уносился и укатывался во всех направлениях. Повинуясь вспыхнувшей вдруг жадности, Рэн подхватил из травы неподвижный пока, блестящий предмет. По легендам, кормщики шатались по всем мирам, и какая же глупость торчать истуканом, когда, пусть и забракованные, но небывалые диковины исчезают из-под носа.

— Ты чевой-эта? — иронически заскрипел, прикинувшись старушечьим, голосок, — Совесть задолбала, горемычный?

— Это я возьму, — отрезал Рэн.

— Оставь ему. Прикольно будет посмотреть подо что он саксофон приспособит: вино в него будет наливать, или на шею как трофэй повесит…

«Значит, эта штука называется „саксофон“, — отметил про себя оруженосец и внутренне передернул плечами от мысли, что кто-то имеет возможность постоянно наблюдать за ним и нахально этим пользуется.

— Ставлю на то, что он им будет землю копать, как совком…

Но голоски звучали уже далеко, и Рэн с облегчением понял, что остался один. Впрочем, это впечатление было ошибочным. Откуда-то из-за спины потянуло незнакомым горелым запахом. Первая мысль была о том, что маленький народец запалил-таки из мусора костерок. Но мысль эта, хоть и первая, верной не оказалась.

Источник дыма располагался дюймах в десяти над травой и имел вид зависшего в непринужденной позе в воздухе полупрозрачного существа, флегматично посасывающего углом рта маленький коричневый предмет наподобие толстой кровяной колбаски, какие делала мама. Из этого предмета и валили удушливые клубы синеватого оттенка. Оттенок же самого существа, его лица, рук и мускулистой шеи заставил Рэна выбросить вперед руку со сложенными должным образом пальцами и перекрестить существо, пробормотав что-то составное из «Изыди…»и «Отче наш…». Существо в ответ вынуло смердящую штуковину изо рта и перекрестило ею Рэна. Как сказали бы в несколько более поздние времена: «Есть контакт».

Комментариев (0)
×