Эдуард Хруцкий - Тревожный август

На нашем литературном портале можно бесплатно читать книгу Эдуард Хруцкий - Тревожный август, Эдуард Хруцкий . Жанр: Детектив. Онлайн библиотека дает возможность прочитать весь текст и даже без регистрации и СМС подтверждения на нашем литературном портале fplib.ru.
Эдуард Хруцкий - Тревожный август
Название: Тревожный август
Издательство: неизвестно
ISBN: нет данных
Год: неизвестен
Дата добавления: 10 февраль 2019
Количество просмотров: 212
Читать онлайн

Помощь проекту

Тревожный август читать книгу онлайн

Тревожный август - читать бесплатно онлайн , автор Эдуард Хруцкий
1 ... 35 36 37 38 39 ... 41 ВПЕРЕД

- А потом?

- Что потом? Потом его в отделение поведут. Вернее - всех нас, а он смоется и будет молиться богу, что ушел.

- Не поверит.

- Возможно. Главное - взять вещь. Понимаешь? А потом мы с тобой надолго исчезнем. Его же ищут. Я к нему на квартиру человека посылал, так тот едва ушел, засада там. Он все равно из Москвы бежать должен. А ты думаешь, что потом будет? Высшая мера ему светит. За Резаного, да и за камушки эти.

- Ну, если так...

- Трус ты, Фомин, тебе с дураками в три листика играть.

- Какая моя доля?

- Сто тысяч.

- Пошли.

- Иди к Андрею и Лешке, они ждут, скажи, чтобы в полдесятого у дверей стояли. Понял?

- Понял.

- Иди, только быстро, я жду.

МИШКА КОСТРОВ

Он надел форму, туго перепоясался ремнем с кобурой. Ему противен был тот самый костюм, в котором он сидел в пивной вместе с Фоминым. Теперь он опять стал сержантом Костровым, фронтовым разведчиком, человеком, ничего общего не имеющим с известным когда-то Мишкой Червонцем. Наверное, никто, как он, не радовался окончанию операции. И не потому, что удастся увидеть жену и ребенка, несколько дней пожить дома. Другое, более сильное чувство жило в нем. Сегодня - а это он знал точно - заплачен еще один долг. Год назад, впервые согласившись помочь Данилову, он еще смутно, но сознавал, что эта его помощь - тот посильный вклад, который он, Мишка Костров, бывший уголовник, порвавший с прошлым, может внести в общее дело борьбы с фашизмом. И если после освобождения из колонии он с гордостью думал о том, что стал жить честно, как все, то со временем понял: люди, окружающие его, воспринимают происшедшее как нечто вполне закономерное. Для них, его новых друзей и сослуживцев, это просто норма жизни. С тех пор Костров и свою жизнь разграничил очень четко - то, что было тогда, и то, что стало теперь. Стараясь вытравить из себя прошлое, он самоотверженно работал, начал учиться в школе. Но иногда, задумываясь о своей жизни, Мишка понимал: этого мало. Слишком велик был груз его вины перед теми людьми, которые поверили ему. Когда началась война, он сделал все, что мог, помогая Данилову. Ну а как воевал - об этом можно судить по двум его медалям. Но все равно он чувствовал, что этого мало. Потому что дело не в Почетной грамоте, выданной ему на прежней работе, и не в медалях, полученных на фронте. Костров как бы рождался заново, в нем появились черты, удивляющие его самого. Иногда, совершив тот или иной поступок, Михаил словно со стороны глядел на себя, не узнавая в этом новом человеке себя прежнего. За все, что произошло с ним, он был безмерно благодарен Данилову. Для него Иван Александрович стал непререкаемым авторитетом. Часто, собираясь что-то сделать, Костров мысленно советовался с ним, пытался поставить в подобную ситуацию и сделать точно так, как поступил бы он. Так было в сорок первом, когда он пошел на квартиру к Широкову, так было и сейчас.

Мишка ходил по комнате, курил папиросу за папиросой. Нервничал ли он? Пожалуй, нет. Интуиция, основанная на знании людей, с которыми он сталкивался в той жизни, подсказывала ему, что Гомельский обязательно придет. Не такой он человек, чтобы отказаться от ценностей, да еще таких. Он не нервничал, он ждал. Его и Фомина. Ждал, когда медленно растегнет кобуру, вынет наган и увидит их глаза. Все! - поставлена последняя точка. Пусть знают все, кем стал он, сержант Костров.

Несколько раз в комнату заглядывала Зоя, но, посмотрев на Мишку, тут же молча уходила.

- Ты ему не мешай, - сказал ей Самохин, - у него сейчас день особый, вроде бы как экзамен.

- Он уже его сдал, - усмехнулась Зоя.

- У него их много, экзаменов этих. Каждый новый шаг по жизни.

Мишка подошел к окну, посмотрел в темный квадрат двора. Да, скоро осень, совсем скоро, а потом зима, самое тяжелое время для солдата. Куда он попадет через неделю, в какую часть, с кем служить будет?..

- Окно надо закрыть и опустить маскировку, - услышал он за спиной чей-то голос. Так обычно говорят люди, привыкшие приказывать.

Мишка обернулся, в комнате стоял какой-то человек. К окну подошла Зоя, закрыла его, опустила штору. Щелкнул выключатель. От яркого света Костров на секунду зажмурился.

- Здравствуйте, Костров, - незнакомец протянул руку, - моя фамилия Муштаков.

- Здравствуйте, - Мишка пожал крепкую ладонь и вспомнил, что видел Муштакова в МУРе.

- Ждете гостей? - Муштаков сел на диван, достал папиросу.

- Ждем.

- А что же стол не накрыли?

- Зачем?

- На всякий случай, мало ли как они придут. Может быть, сначала один Фомин, посмотрит, проверит... Давайте, Зоенька, быстренько... Вам помочь?

- Да что вы, что вы, я сама.

- Прекрасно, - Муштаков внимательно посмотрел на Мишку. - Вы молодец. Костров. Я много слышал о вас, но даже представить себе не мог, какой вы молодец. Теперь осталась чисто техническая работа. Они придут, сядут за стол. Вы не волнуетесь?

- Нет.

- Прекрасно. Я так и думал. Вы им нальете водку и скажете: "Зоя, принеси товар". Тут мы и войдем. Ну а как себя держать вам, поймете по обстановке, лучше, конечно, чтобы наган был под рукой.

- Ясно, товарищ Муштаков, как там Иван Александрович?

- У него все хорошо. К утру ждем от него сообщения о ликвидации банды. Кстати, после окончания операции вы уедете вместе с нами, мы завезем вас домой.

Мишка вздохнул. Тяжело, нервно вздохнул. Муштаков внимательно поглядел на него и улыбнулся.

А на столе уже стояла немудреная закуска: консервы, колбаса, холодная картошка, две бутылки водки.

Муштаков, словно режиссер сцену, оглядел комнату и, видимо, остался доволен.

- Вам надо выпить. Вам и Зое. Пусть они думают, что все уже пьяны. Кстати, гитара у вас, Зоенька, есть?

- Есть.

- Говорят, вы неплохо поете.

- Какое там.

- Не надо скромничать. - Муштаков взглянул на часы. - Давайте.

Мишка взял бутылку, налил две рюмки, посмотрел на Муштакова:

- А вам?

- К сожалению, в нашей работе не у всех такие приятные обязанности, как сегодня у вас. Я не могу. Пейте.

Он еще раз оглядел стол:

- Вот что, пустая бутылка у вас есть? Прекрасно. Поставьте ее, пусть думают, что вы давно пьете. Кстати, закуску-то. Вот так. А то она уж больно порядком не тронута. А теперь, Зоя, берите гитару. Пора.

Муштаков подошел к Мишке:

- Когда вы скажете: "Принеси товар, Зоя", это и будет сигналом. Начинайте.

МУРАВЬЕВ

Во дворе было тихо. Только с Большой Грузинской долетал скрежет трамвая. Он возникал внезапно и так же внезапно исчезал. Игорь с Парамоновым и двумя оперативниками сидели в затхлом палисадничке. Впрочем, место они выбрали неплохое, темнота закрывала их лучше любых кустов.

Они сидели и прислушивались к шарканью ног в переулке. Время тянулось медленно, так всегда бывает, когда чего-то особенно ждешь.

Наверху, в квартире за маскировочной шторой, зазвенела гитара, и женский голос, приятный, чуть с хрипотцой, запел:

Мы странно встретились

И странно разойдемся...

Игорь прислушался. Романс был старый и грустный. Он раньше никогда не слышал его. И голос женщины звучал во дворе, как потерянная надежда, и гитара, догоняя слова, подпевала ей с какой-то щемящей тоской.

На несколько минут романс унес Игоря со двора, с улицы этой и вообще отовсюду.

Но это длилось всего несколько минут. Под аркой раздались осторожные шаги. Кто-то, едва различимый в темноте, вошел во двор, постоял, прислушиваясь, и снова скрылся под аркой.

Игорь осторожно потянул из кармана пистолет, спустил предохранитель. Щелчок показался ему выстрелом, и он весь внутренне сжался, прислушиваясь. Опять послышались шаги, но теперь уже шли несколько человек, и шли они уверенно, не прячась и не боясь.

"Четверо", - сосчитал Игорь. Двое были в штатском, а двое в форме, это он определил по силуэтам фуражек, только в какой, он различить не мог.

Вошедшие о чем-то посоветовались вполголоса, потом вспыхнула спичка: кто-то осветил циферблат часов.

- Через пять минут... - дальше Игорь ничего разобрать не смог. Двое скрылись в подъезде, а двое остались во дворе.

Парамонов сжал его плечо. Игорь понял: этих двоих надо брать.

В прихожей звякнул звонок один раз и после паузы еще два.

- Иди, Зоя, - Мишка посмотрел на девушку, - иди.

Зоя прямо с гитарой вышла в прихожую. Костров услышал, как щелкнул замок, потом чьи-то приглушенные голоса, среди которых он, прислушавшись, явно различил сипловатый голос Фомина.

- Заходите, - громко сказала Зоя, - а то мы вас заждались, почти все выпили.

- Неужели ничего не оставили? - голос был бархатный, с этакими игривыми переливами. Так обычно говорят с детьми и хорошенькими женщинами. Мишка сжал зубы от злости. "Ишь, сволочь, - подумал он, - прямо как в театре разговаривает".

- Ну, ведите, хозяйка.

Зоя посторонилась, и в комнату вошел человек в светло-сером костюме со шляпой в руках. На лацкане пиджака блестел орден "Знак Почета".

- Здравствуйте, Миша.

- Здорово, Гомельский, - Мишка встал и, чуть качнувшись, шагнул навстречу вошедшему. - Садись, гостем будешь.

1 ... 35 36 37 38 39 ... 41 ВПЕРЕД
Комментариев (0)
×